Поиск по этому блогу

четверг, 18 августа 2016 г.

Формирование основ информационно-психологического влияния

История формирования и развития информационно-психологического воздействияСвое начало теория информационно-психологического влияния на противника берет с древних веков. Опыт войн, которые вела наша цивилизация, ярко демонстрирует тот факт, что в конечном итоге исход зависит от двух факторов: материального и морального. Еще в давние времена многие полководцы знали, что сражаться с противником можно не только с помощью оружия, а и путем целенаправленного действия на психику и сознание людей, и пытались использовать информационно-психологическое влияние – целенаправленное создание и распространение определенной информации, которая оказывала прямое влияние на функционирование информационно-психологической среды общества, поведение и психику населения, военных, а также ослабления боевой мощи и морального духа противника.


Информационно-психологическое влияние с целью оказания воздействия на поведение и психику населения и военнослужащих противника использовалось еще в вооруженных конфликтах разных племен в эпоху разложения первообщинного строя и в войнах рабовладельческих стран.

Один из самых древних способов подрыва морального состояния противника – устрашение врага своей (в некоторых случаях мнимой) боевой мощью. Так, карфагенский полководец Ганнибал и монгольский предводитель Чингиз-Хан до момента начала сражений специально распространяли слухи о «новом секретном оружии» - ядовитом дыме, боевых слонах, «огненных змеях» и др.

Персидский военачальник Ксеркс в 480 году до нашей эры перед походом в Грецию с целью максимального эмоционального влияния на противника распускал слухи о своем многочисленном войске, которые утверждали, что «если все персидские войны выстрелят из луков, то стрелы затмят солнце». Помимо этого, понимая, что информация устрашающего характера может быть не достаточно донесена «из уст в уста», Ксеркс организовал греческому лазутчику обратный отпуск, перед эти показав ему многочисленность войска Персии.

Ксеркс в ходе войны с греками также активно применял с целью влияния на эллинов так называемую «пятую колонну», в роли которой выступали жрецы Дельфов, занимавших сторону Персии. Дельфы доводили до эллинов предсказания (оракулы) о неминуемом поражении. В итоге, когда греки одержали победу над Ксерксом, жрецы Дельфов с целью оправдания сообразили версию о «чуде», которое было совершено богами и, тем самым, помогли дельфийцам внести решающий вклад в победу над варварами.

Жители Афин, противостоящие персидским войскам, тоже не упустили возможность применить информационно-психологическое влияние. А именно, была сделана попытка внести раскол среди сторонников персов. Чтобы не допустить участие этнических греков ионийцев на стороне Ксеркса, Фемистол обратился к ним со словами, высеченными на камне в том месте, где ионийцы набирали пресную воду: «Ионяне! Вы поступаете несправедливо, идя войной на своих предков и помогая (варварам) поработить Элладу. Переходите скорей на нашу сторону! Если же это невозможно, то по крайней мере упросите карийцев поступить так же. А если не можете сделать ни того, ни другого, если вы скованы слишком тяжелой цепью принуждения и не можете ее сбросить, то сражайтесь как трусы, когда дело дойдет до битвы. Не забывайте никогда, что вы произошли от нас и что из-за вас первоначально пошла у нас вражда с персидским царем».

Геродот – греческий историк, который описал этот эпизод, - отметил, что автор этого текста преследовал «двойной умысел: либо ионяне изменят персам и перейдут к эллинам, либо Ксеркс, получив донечение об этом, возьмет под подозрение ионян и сам не позволит участвовать им в морских битвах».

Первой попыткой обобщения основных направлений действий с целью ослабления морально-психологического потенциала населения и военнослужащих противника была предпринята 500 лет до нашей эры в одном из самых древних трактатов по военному искусству в Китае. Известный полководец Сунь-Цзы, автора трактата, свел основные способы влияния на поведение и психику противника к следующему:

- «разлагайте все хорошее, что имеется в стране вашего противника»;
- «вовлекайте видных представителей вашего противника в преступные предприятия»;
- «подрывайте их престиж и выставляйте в нужный момент на позор общественности»;
- «используйте сотрудничество самых подлых и гнусных людей»;
- «разжигайте ссоры и столкновения среди граждан вражеской страны»;
- «подстрекайте молодежь против стариков»;
- «мешайте всеми средствами деятельности правительства»;
- препятствуйте всеми способами оснащению, обеспечению и наведению порядка в вооруженных силах»;
- «сковывайте волю противника бессмысленными песнями и музыкой; обесценивайте все традиции и богов ваших врагов»;
- «посылайте женщин легкого поведения с тем, чтобы дополнить дело разложения»;
- «будьте щедры на предложения и подарки для покупки информации и сообщников, не экономьте ни на деньгах, ни на обещаниях, так как они попросят богатые дивиденды».

Опыт ведения боевых действий в рабовладельческий период был обобщен в виде «Законов Ману» в Индии. В этих законах наряду с сугубо военными вопросами излагались моральные основы войны. Одной из рекомендаций «Законов Ману» была рекомендация воюющей стороне активно «поощрять к мятежу тех из войск противника, кто склонен к этому».

Дальнейшее развитие военного искусства сопровождалось совершенствованием форм информационно-психологического влияния. Во II веке нашей эры уже применялся такой самостоятельный прием информационно-психологического влияния, как провозглашение со своей стороны справедливого характера войны и несправедливого со стороны противника. Такой прием часто применялся в войнах древнего Китая в течение долгого периода времени.

Составленное до момента начала войны или же в самом начале боевых действий, политическое обвинение на протяжении всей войны являлось основным документом для обоснования законности действий написавшей его стороны. Китайский писатель и историк Ло Гуань Чжуна в своей книге «Троецарствие» привел текст такого документа, который был написан примерно в 200 году нашей эры: «Цао Цао и и его единомышленники, движимые чувством великого долга, объявляют всей Поднебесной: злодей Дун Чжо совершает преступление против Неба и губит землю. Он убил государя и разоряет государство, оскверняет дворец и терзает народ. Лютый и бесчеловечный, он виновен во многих подлых проступках. Ныне мы получили секретный приказ императора собирать войско. Клянемся, что очистим империю и уничтожим разбойников. Мы уповаем на то, что вы тоже поднимите войска, дабы совместно с нами излить свой справедливый гнев, поддержать правящий дом и спасти народ. Выступайте немедля, как только получите этот клич».

В области формирования информационно-психологического влияния на противника рабовладельческий период войн дол много. Значительного совершенства достиг способ устрашение и распространение с этой целью слухов оказывало хорошие результаты (народ пугался). Появилось, хоть и в примитивной форме, понимание важности обострения противоречий и отношений в лагере противника и внесение раздора в его ряды, стали использовать «пятую колонну». Стал использоваться такой прием, как провозглашение справедливого характера войны со своей стороны и поработительского, несправедливого характера со стороны противника.

С приходом христианства (ислама – на Востоке) с целью оказания информационно-психологического влияния очень большую роль стал играть фактор религии. Особенно ярко это проявилось в ходе пропагандистско-идейного обеспечения крестовых походов. Организованные Папой Римским и феодальными государями Европы эти походы официально были призваны освободить «гроб Господа» в Иерусалиме. Такая версия удовлетворяла необходимость маскировки истинных оккупационных целей церковных и светских руководителей, их желанием заполучить легендарные восточные богатства.

В то же время, вместе со стратегией церковной линии пропаганды, которая демонстрировала агрессивные войны в виде священных войн, в крестовых походах отрабатывались приемы, которые в дальнейшем стали типичными для ведения психологических войн. Например, разжигание разногласий между восточными государствами, дискредитация противника путем распространения слухов о зверствах и жестокости и т.д.

Мусульманские завоеватели, которые держали своих подданных в состоянии перманентной «священной войны» (газават, джихад), применяли каноны религии не менее активно. Так, догмы непримиримости к иноверию сочетались с тактическими хитростями. Тем, кого хотели обратить в мусульманство, обещали разные привилегии (например, освобождение от рабства или налогов).

Метод пропагандистской фальсификации получил свое развитие в феодальный период. А именно, с целью обоснования претензий на управления частью Римской империи в канцелярии Папы Римского Стефана III (VIII век нашей эры) был создан документ о «донации» (даре). В этом документе излагалась якобы подлинная версия о том, что в IV веке Папа Сильвестр исцелил от проказы римского императора Константина, который помог из гонимого христианства сделать государственную религию. «Благодарный за излечение Константин подтвердил права римского епископа как главы христианской церкви и передал ему верховную власть над городом Римом, Италией и западными провинциями империи, а сам удалился в свою новую столицу Византию (Константинополь)».

Одним из первых исторических примеров использования дезинформации в военных целях относится к XIII веку. Так, в 1241году монголы вторглись в Венгрию. Разбив на реке Шайо венгров и их союзников, среди захваченных трофеев монголы обнаружили королевскую печать. От имени венгерского короля Белы грамотные пленные по приказу Батыя на венгерском языке написали указ «О прекращении сопротивления», копии которого, скрепленные королевской печатью, были распространены по всей территории еще не завоеванного государства.

В дальнейшем развитию практики и теории информационно-психологического влияния способствовала крестьянская война в Германии в начале XVI века нашей эры. В это время развитие получило дискредитация командующего войсками и руководителя движения в глазах подчиненных и последователей. Противники Мартина Лютера старались скомпрометировать вождя Реформации, распространяя листовки с порочащей его информацией. Позднее дискредитация военно-политического руководства стала одним из наиболее используемых способов информационно-психологического воздействия на население и армию противника. А совершенствование искусства графики позволило широко использовать иллюстрированные листовки. Начали издавать и информационные листовки, которые сообщали широкой аудитории о том или ином событии.

Также в истории много примеров нежелательных результатов информационно-психологического воздействия, которые сработали с так называемым «эффектом бумеранга». Например, в XVI веке нашей эры испанцы, во время подготовки к высадке своих войск в Англии, распространили на территории противника напечатанный против Елизаветы I памфлет, в котором королева обвинялась в распутстве. Обратный эффект это сообщение вызвало потому, что его авторство приписывалось эмигрантским кругам, в результате чего на сторону королевы стали даже те, кто ее никогда не почитал. С целью предупреждения подобных ситуаций, например, во время холодной войны, радиовещание на территорию противника более целесообразно было вести с иностранным акцентом (таким образом сообщение не вызывало ассоциации с образом предателя).

В период войн феодальной раздробленности был рожден прием внешнеполитической пропаганды, как обвинения враждебной стороны в претензиях на мировое господство, что было характерно, например, для Тридцатилетней войны (такие намерения приписывали друг другу власти Германии, Швеции и Франции.

В конце периода войн феодального периода возросла роль материалов информационно-психологического влияния, а также возросла важность обеспечения условий их широкого использования. В результате создания средств полиграфии появилась возможность для создания и распространения печатных материалов информационно-психологического влияния. Информационные средства передачи информации (листовки, плакаты, газеты и т.д.) стали широко дополняться графическими оформлениями, которые помогали разъяснять основную мысль текста и улучшило его запоминание (дополнение текста графическим образом).

Практически все теории и практики информационно-психологического влияния последнего этапа периода феодальных войн были унаследованы и доработаны мануфактурным периодом. Именно в этот период широкое распространение получила печатная пропаганда.

Особое внимание заслуживает вклад внесенный Наполеоном Бонапартом в развитие теории и практики информационно-психологического влияния. Наполеон на первом этапе взял для себя роль «полководца революции». По мере расширения границ французской империи, он придумывал благовидные причины для объяснения необходимости вторжения на территории других государств. Например, оккупация Италии была обоснована необходимости освобождения этой страны от власти австрийского императора, а вторжение в Россию обосновал целью свержения царского самодержавия, отмены крепостного права и установления республиканской формы правления.

Основными материалами информационно-психологического влияния французской армии были военные бюллетени или приказы по армии. Адресатами этих материалом стали не только войска, но и население как в тылу, так и на оккупированных территориях. Помимо приказов огромную роль в пропаганде играли воззвания к местному населению, манифесты и разные обращения и письма к местной элите.

Например, обращении к народу северной Италии (Ломбардии) гласило: «Французская республика дала клятву ненависти к тиранам и братства с народами…». Однако сразу же было объяснение, что для победы на австрийской тиранией требуются средства и что 20 млн контрибуции, которые были наложены на Ломбардию, служили именно этой цели.

Наполеон в раде случаев самостоятельно писал обращения. Например, в ходе похода на Египет полководец старался найти подход к имамам и шейхам, при этом используя противоречия между верхушкой мусульманства Египта и католической церковью. Он обыграл факт так, что борьба Франции за Мальту являлась одновременно борьбой и борьбой против католического ордена, который в то время владел Мальтой.

В тексте обращения было следующее: «Скажите народу, что мы - друзья правоверных мусульман. Разве мы не уничтожали мальтийских рыцарей потому, что эти безумцы верили, будто бог хочет, чтобы они воевали с мусульманами?.. Трижды счастливы будут те, кто будет с нами. Они преуспеют в своем имущественном положении и карьере. Счастливы те, кто останется нейтральным. У них будет время познакомиться с нами, и они перейдут на нашу сторону. Но горе трижды горе тем, кто с мамелюками, возьмет в руки оружие и будет против нас сражаться! Для них нет надежды, они погибнут».

Много специалистов обратили внимание на качества этого документа, этого призыва, которые могли бы быть образцов для подборки средств информационно-психологического влияния. Первое, что отметили специалисты – выбор адресата: светская и религиозная элита, а не простой народ (который к тому же был неграмотным и не умел даже читать). Второе – имитация слога характерного и привычного для арабов. Третье – подбор понятных и доходчивых аргументов, часть из которых правда (Наполеон действительно воевал с мальтийскими рыцарями и Папой, но не из-за того, что они являлись противниками мусульман). Четвертое – четкое указание на желаемую форму поведения с применением сочетания похвал и посул.

И чем дальше за пределы Франции распространялись интересы Наполеона на господство, тем больше выражался захватнический характер его устремлений, и тем меньше оказывал ему услугу потенциал революционной идеологии, которую он создал в начале своего восхождения. Вторым этапом пропаганды Наполеона стал этап создания централизованного контроля за умами.

Наполеон придавал очень большое значение газетам. Его известное изречение: «Четыре газеты смогут причинить врагу больше зла, чем стотысячная армия». Понимая силу действия прессы на формирование общественного мнения, Наполеон подходил дифференцировано к работе органов печати как внутри своего государства, так и за его пределами. Так, во Франции количество газет было сокращено с 73 до 13, а также из сферы обсуждения были изъяты темы о внутренней и внешней политики.

Газеты, которые предназначались для утверждения власти Наполеона на оккупированных территориях, играли важную роль. Например, требуя наполнить Испанию памфлетами против низвергнутой династии, в начальный период захвата Пиренейского полуострова, Наполеон отдал приказ Мюрату: «Завладеть газетами и управлением». На всех оккупированных им территориях был основан официальный печатный орган: «Газетт де Берлин», «Журналь дю Капитоль» (Рим), «Газетт де Мадрид» и др.

На страницах наполеоновской прессы при изложении материалов широко применялись методы дезинформации и замалчивания (было запрещено писать о Бурбонах, революции, позднее и о римском престоле). С целью скрыть свои планы агрессии против России, Наполеон запретил публиковать материалы антироссийского направления. Историк Е.В. Тарле писал: «До 1807 года можно было писать о России, но по возможности бранное, после 1807 года тоже можно, но непременно похвальное».

Дезинформацию Наполеон использовал исключительно с целью введения противника в заблуждение. Например, когда одна из газет привела точные данные о количестве французских войск на определенном участке, Наполеон сказал: «Если бы газета учетверила это число, - еще можно было бы допустить!». Также он отдавал прямые директивные указания князьям вассальных государств, чтобы они не только отправляли подкрепления его войскам, но и освещали эти действия в газетах (естественно, со значительным преувеличением количества отправленных сил и средств).

В архиве Наполеона было обнаружено много писем, адресованных министру полиции и другим службам, которые доказывали то, что он часто использовал так называемый способ инспирирования прессы.

Инспирирование – передача средствам массовой информации версий событий с политическими оценками или намерений сторон с побуждениями (открытыми или скрытыми) аудитории к конкретным действиям, которые отвечают интересам источника.

Параллельно использовался метод подкупа зарубежной прессы. Например, в 1802 году английская разведка из Парижа передала информацию в Лондон, где было указано, что Фьев (агент Наполеона) выехал в Англию со специальной миссией – получить доступ к редакторам английских газет с целью обеспечения каналов влияния на население Англии. Во время ведения военных действий наполеоновская пропаганда часто использовала военнопленных, а также дружественно настроенных граждан, для создания обращений к населению и войскам противника. Армия наполеона имела свою походную типографию, которая выпускала листовки тиражом до 10 тыс экземпляров в сутки (по тем временам это было очень большое количество).

Историк Е.Б. Чернят наполеоновскую пропаганду охарактеризовал следующим образом: «В [ней] легко обнаружить в более или менее развитом виде многие характерные черты психологической войны - утверждения о единстве в собственном лагере и разлады у противников; дифференцированный подход к различным группам; замалчивание неблагоприятных известий и выпячивание выгодных, пусть и маловажных, новостей; использование доводов от соответствующим образом фальсифицированной истории; выдвижение легкодоступных лозунгов; постоянное повторение особенно полезных и удобных тезисов, включая и явные фальшивки; искажение сведений и аргументов враждебной печати; настойчивые попытки осмеяния неприятеля; обвинение его в собственных преступлениях или действиях, за которые несли в равной степени ответственность обе стороны и т. д.».

Русские полководцы М.И. Кутузов и А.В. Суворов тоже проводили успешную пропаганду на население и военных противника.

Например, Суворов в ходе итальянского похода русской армии в 1799 году первый применил психологическую операцию как составную часть единого плана боевых действий. Приемлемая для объекта воздействия оценка обстановки, образный язык и убедительная аргументация помогли Суворову сделать обращение в солдатам пьемонтской армии достаточно действенными. В результате, на сторону русско-австрийских войск пьемонтцы переходили не только по одиночке или группами, но и целыми частями.

А письменное обращение М.И. Кутузова к народу Польши 27 декабря 1812 года впервые было использовано в виде листовки-пропуска (или, как ее еще называли, охранной грамоты). Это обращение в конце содержало особую оговорку: «Экземпляр сего объявления всякому, имеющему оный, служит вместо охранного листа». Это являлось прообразом листовки-пропуска в плен, которые активно применялись в войнах и вооруженных конфликтах ХХ века. Командование российской армии также очень умело использовало обратный отпуск военнопленных с целью пропаганды пленных. Например, в начале 1813 года командование французских войск, обеспокоенное частыми случаями сдачи в плен, сделало в армии объявление, что все солдаты, которые вернулись из плена, будут продолжать свою службу еще в течение 25 лет, а те, кто завершил компанию в рядах армии, будут полностью освобождены от военных призывов. Также французские военные объявили, что русские вообще в плен никого не берут, а тех, кого они оставили в живых, мучают в лагерях.

Флигель-адъютант князь В.С. Трубецкой, ознакомившись с содержанием этих документов, писал Аракчееву: «Не думаете ли вы, ваше сиятельство, что полезно было бы нынешних пленных освободить и отправить их с тем, чтобы они рассказали товарищам своим, как у нас с ними обходятся». Что и было сделано на протяжение 1813-1814 гг. Вернувшиеся из русского плена солдаты опровергали тезисы наполеоновской пропаганды. По данным штаба Кутузова, из 640 тысяч французов, перешедших российскую границу на протяжение 1812 года, всего 160 тысяч сдались в плен.

Информационно-психологическое воздействие в разных странах имело разные своеобразные национальные особенности. Например, распространяемые американцами обращения среди немецких солдат во время войны США за независимость, содержали очень практические предложения – за дезертирство обещались земли с точным указанием количества акров, которые предназначались каждому солдату, который перейдет на сторону американцев (рядовому предлагалось от 100 акров земли, а полковнику – 1000 акров). Эффект от этих листовок был колоссальный: из 30 тысяч гессенцев это предложение приняло примерно 6 тысяч.

В период войны северных штатов против рабовладельческого Юга (60-е года XIX века), когда северяне широко использовали манифест об освобождении рабов, американцы начали использовать политические темы в ходе оказания информационно-психологического воздействия на население и армию противника.

Много исторических фактов свидетельствуют о достаточно высоком уровне развития теории и практики применения информационно-психологического воздействия на население и военных противника к началу XX века. Очень хорошее развитие получили такие направления информационно-психологического влияния как дискредитация руководства противника, обоснование причин агрессии, фальсификация исторических событий, внесение противоречий и раскола в ряды противника. Благодаря развитию технологий появились технические возможности для ведения печатной пропаганды путем издания и доведения до объекта воздействия манифестов, памфлетов, обращений, воззваний, информационных листовок, писем и т.д. Стали применять обратный отпуск военнопленных с целью распространения пропаганды. Мероприятия информационно-психологического влияния стали тесно взаимодействовать с боевыми задачами, выполнявшимися вооруженными силами. И несмотря на то, что в этот период не существовало ни одного специального военно-пропагандистского органа, информационно-психологическое влияние стало неотъемлемой частью военного искусства.

Комментариев нет:

Отправить комментарий